Великие композиторы Великие композиторы Великие музыканты Великие музыканты
Игра на фортепиано Моя биография Обучение детей Уроки музыки О себе / Фотоальбом Методики обучения Контакт


Привелегии для Французской музыки

Недавно мной была написана статья, в кото­рой я рассказывал о своем удивлении по поводу того, что дирижер французского оркестра, посланный нашей страной в Соединенные Штаты, заявил там в ходе интервью, что молодые композиторы у нас отсутствуют. Мое чистосердечное негодование оказалось, видимо, несвоевремен­ным и неуместным, ибо, насколько мне известно, с мо­мента появления упомянутого интервью музыканты нашей современной школы не протестовали против этой странной пропаганды. Лишь один отважился на некий намек, но лишь с целью напомнить о себе в связи с этим руководителем оркестра.

Итак, не буду более настаивать. Готов даже признать, что, несмотря на ужасающую ложь, которая содержится в подобном заявлении, оно довольно скоро будет выглядеть внешне правдивым. О нет, не потому, что композиторы у нас переведутся, но потому, что те, которые появятся, не смогут проявить себя за недостатком у них материальных средств.

На самом деле, невозможно обсуждать произведения и считать их существующими до того, как с ними смогут познакомиться те, кто должен ими заинтересоваться, просмотреть их партитуры и исполнить. До тех пор, пока какая-либо симфоническая партитура находится у автора в виде уникальной рукописи, он лишен возможности ее пропагандировать, в особенности за границей. Если ком­позитор должен сам оплачивать переписку оркестровых партий, то стоимость подобных копий почти всегда превосходит все его денежные запасы, ибо, следуя за общим повышением цен и всех видов платы за услуги, тариф на эти копии стал устрашающим.

Вследствие всеобщего повышения цен условия для музыкальных изданий во Франции сделались такими, что издателей надлежало бы превратить в каких-то чудомеценатов, чтобы увидеть их предпринимающими публикации произведений, которые, быть может, не окажутся первоклассными. Правда, если имя молодого автора уже известно в такой степени, что способно обеспечить некото­рый минимум сбыта его партитуры, он может все-таки надеяться, что ее напечатают, если он не станет требовать какого бы то ни было вознаграждения для себя. Но дебютанту, реноме которого еще не возгласили трубы славы, — ему, увы, придется примириться с тем, что его рукопись будет покоиться у него дома и покрываться пылью времени.

В нынешние дни публикация какой-нибудь симфонии в четырех частях, сходной по объему с франковской, обходится издателю по меньшей мере в полмиллиона70. Как окупить такую сумму? Быть может, отдавая ноты напро­кат концертным обществам, которые возьмутся исполнить симфонию? Неплохо! Но симфонические общества считают, что, согласившись включить новое произведение в свои программы, они тем самым уже совершили очень трудное, достойное почтения усилие. Их возмущает сама мысль о расходах на аренду нот.

К тому же в библиотеке всегда есть старая, надежная симфония Бетховена. За использование ее нот ничего пла­тить не надо, репетиций она не потребует, и уж она-то несомненно привлечет в зал много преданных ей слушателей. Что ж, колебаться долго не приходится.

Остается отдавать ноты в аренду за границу. Но таким намерениям победоносно помешают современные порядки. Отправка нотных материалов за рубеж — дело почти не­выполнимое по сложности. Оно связано с невероятно трудоемкой работой по заполнению анкет различного формата, деклараций всех сортов для всех встречающихся на пути таможен и других бесчисленных бумаг, представляющих собой гордость нашей высокоорганизованной ци­вилизации. Захлебывающийся в них издатель вскоре осознает, что не сможет окупить расходы, связанные с вы­полнением всех этих абсурднейших формальностей. В подобных случаях — довольно частых — издатели дают совет неопытному автору отказаться от своих наивных устремлений распространять интеллектуальный блеск Франции за рубежом и от надежд вкусить там чувство удовлетворения от успеха, которого, кстати, может и не быть.

Если этих нот там не получат, то этого «кота в мешке» тотчас же легко заменят сочинениями других композито­ров, творчество которых больше поощряют. Это могут быть, к примеру, вещи Шостаковича или Бенджамина Бриттена.

Ну, а новые произведения французской музыки с течением времени исчезнут из всеобщего репертуара, и тогда наш дирижер, отправляющийся мирно дирижировать за рубежом своими старыми программами, сможет утверждать, не опасаясь возражений, что молодые композиторы во Франции перевелись.

С июня 1944 года наше Национальное Радиовещание начало устраивать серии публичных концертов, посвященных исполнению французской музыки. Начинание ценное и очень своевременное после нескончаемого множества циклов Людвига Вана Бетховена и клавирабендов из пьес Фредерика Шопена, от которых пала духом даже самая неустрашимая часть публики.

В указанной серии мы уже прослушали фестивали Берлиоза, Лало и Шабрие. На очереди — посвященные произведениям Форе, Дебюсси и Равеля. Быть может, о Русселе, Шмитте позабудут. Но не скрою, что мне было бы очень приятно видеть, если бы эта привилегия для французских музыкантов распространилась на таких со­временных авторов, как Мийо, Жак Ибер, Дельвенкур, Пуленк, Мессиан и другие.

Вместе с тем я не могу отделаться от некоторой тревоги, так как сколько бы раз ни устраивались такие циклы, включая те, что предназначены для молодежи, они вечно не доводятся до конца. Первые программы бли­стают именами великих мастеров нашего прошлого, но стоит концертам приблизиться к современности, и они останавливаются, как по команде «смирно».

Да, положение живых композиторов — не из завидных! Даже и самых старых. В отношении последних не­вольно создается впечатление, что музыкальные орга­низации внушают им: «Мы не можем сейчас исполнять ваши произведения. Но после вашей уже близкой смерти нам придется пару раз показать их. Бесполезно забегать вперед, когда и так мы сделаем для нас все нужное».

Мелочными, суетливыми карьеристами считают тех, кто, еще не достигнув 70-летнего возраста, хочет добиться, чтобы их узнали. Признаю, что я опять завел свою любимую пластинку. Мне уже часто намекали, что своей неуклюжей настойчивостью я навожу на читателей тоску. Я, конечно, прошу у них прощения, но это все же сильней меня.

Не могу никак уразуметь, почему музыке молодых полностью отказывают в том внимании и интересе, какие проявляют к молодой литературе, молодому театру. Даже наименее известные новые художники находят все-таки любителей, которые поддерживают их и покупают их картины. В киноискусстве жадно ищут новые таланты, будь то новые авторы и сценаристы, режиссеры или актеры. В спорте тех, что называют «подающими надежды», подбадривают, пестуют и ободряют. В одной лишь музыке их принимают как «непрошенных гостей». Все музыкальные организации инстинктивно отталкивают молодого автора: более резко, если он уже завоевал некоторый успех; мягче, если он успеха не имеет. У меня даже сложилось отчетливое впечатление, что охотнее откроют двери не талантливому, а бездарному. Талантливых стараются немедленно сбыть с рук. А тех, что, к удивлению старших, уже пользуются одобрением публики, — тех беспощадно отодвинут в тень.

Все это отнюдь не парадокс. Это можно объяснить до­статочно исчерпывающе. Ежегодно одного ученика Кон­серватории отличают награждением Большой премией по музыкальной композиции (Римской премией, иначе говоря) . Победоносный лауреат видит свой портрет в журналах и, в принципе, получает право поставить свою оперу на сцене одного из музыкальных театров, субси­дируемых государством. Эти субсидии — то единственное, чем поощряют данный вид искусства. За десять лет театр поставит, следовательно, десять новых опер; за тридцатилетие — тридцать. Предположим (не отказываясь от невероятного), что каждое из этих новых сочинений будет иметь у публики шумный успех, и поэтому их при­дется сохранять в репертуаре. Что в подобном случае произойдет с такими «фирменными угощениями» театров, как «Фауст» или «Риголетто», «Кармен» или «Бат­терфляй»? Какую тесноту и беспорядок это вызвало бы! То же самое произошло бы с симфоническим репертуаром. Там едва хватило бы места, чтобы втиснуть ежегодно два-три циклика Бетховена. Разве можно допустить такое?!

Вот почему я всегда говорю новоиспеченным лауреа­там: приветствую Ваши конкурсные лавры; поздравляю Вас, призеров Института. Так будьте же отныне и бла­горазумными, и скромными. Пишите партитуры изредка, притом такие, которые легко забыть почти тотчас после их премьеры. Не вздумайте претендовать на проникно­вение в «святая святых» постоянного репертуара, уста­новленного раз и навсегда. На ваши попытки в этом отношении посмотрят очень косо и сумеют быстро показать вам непристойность вашего высокомерия. Всем ведь известно, что обладать не только гением, но даже простым талантом могли лишь старые прославленные мастера, которые давно мертвы. К тому же разве вы и сами не со­гласитесь с этим мнением, как только речь зайдет о ваших однокашниках?

Ну, а если вам угодно верить в собственную гениальность — что ж, тем хуже для вас. Продолжайте тогда пачкать чистые листы бумаги с тридцатью нотоносцами, но, однако, непременно помните, что все сиеприятная лично вам мономания, и для того чтобы вам ее прощали, вы из предосторожности должны быть очень снисходительны к себе подобным и проявлять возможно большую и искреннюю скромность.


Музыка древней Греции и Рима Музыка древней Греции и Рима О музыкальном искусстве. А.ОНЕГГЕР О музыкальном искусстве. А.Онеггер Социология и музыкальная культура Социология и музыкальная культура Музыкальная культура античности и раннего средневековья Музыкальная культура античности и раннего средневековья Музыкальная культура Ренессанса Музыкальная культура Ренессанса

ЗАКЛИНАНИЕ ОКАМЕНЕЛОСТЕЙ Маленький прелюд Перспективы Реприза Маленькая сюита для пианистов Открытое письмо Маргариты Лонг Ответ госпоже Лонг Моцарт Бетховен Бетховеномания Берлиоз, этот непризнанный.... "Палестрина" "Пенелопа" Клод Дебюсси Морис Равель Оливье Мессиан "Жинерва" "Примерные Животные" Воспонимания и сожаления История Окаменелостей "Природа в музыке" В защиту камерной музыки Саксофон в консерватории Киномузыка Музыканты в представлении деятелей кинематографии Песни для юнешества Знаменитая "Грусть Шопена "Общественное достояние", или изъятие частной собственности Неосведомлённый господин Парэ Привелегии для Французской музыки Не ограничивать ли рост музыкальной продукции Молодым музыкантам Заключение